Делай как я / Copy me
2010-Вер-16, Четвер 23:17![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
finesoulВрожденные инстинкты ребенка просты и немногочисленны: Питание, Самосохранение, Самореализация. И последний инстинкт (наиболее важный для жизни) – инстинкт КОПИРОВАНИЯ (подражания), как способ научения и освоения всего необходимого для жизни в конкретном обществе в конкретных исторических условиях.
Копирование – единственный способ усвоения умений (знаний). Индивидуальность, которая есть в каждом ребенке, лишь преломляет, скопированные данные в уникальную форму, придает окраску, но в основе будет лежать копия. Копия с матери и отца. К тому времени, когда ребенок оказывается на «улице», когда у него появляются друзья и «друзья», которые, безусловно, могут оказывать влияния, ребенок уже не является тем чистым листом, которым он когда-то был. Ребенок вступает в круг нового общения, более широкого, чем узкосемейный, уже с целой книгой-учебником под названием «Как надо жить», «Кто Я есть», «Что есть жизнь» и т.д. Эти книги пишутся матерью и отцом (и никем кроме них). Для ребенка только мать и отец – Боги. Ребенок из них соткан, сначала биологически (копирование генофонда), затем психологически (копирование поступков, намерений, внешности, характера).
Принцип копирования, не так примитивен, как может показаться на первый взгляд. Часто родители удивляются «И в кого он (она) выросли!!!???». Дело в том, что ребенок копирует не просто отдельные качества, а всю структуру в целом. Во-первых, копируется и ЯВНОЕ и ТАЙНОЕ. Во-вторых, копирование идет ПРЯМОЕ и ОБРАТНОЕ (в зависимости от того «добрые» или «злые» Боги у ребенка, конечно, в том смысле, как он их воспринимает, а не по абсолютному значению).
...
Подробнее...
У некоторых взрослых он так и продолжает работать большей частью на бессознательном уровне ...
Эффект (синдром) Вертера заключается в высокой корреляции между широким освещением самоубийств в искусстве и средствах массовой информации и уровнем новых самоубийств. Выявлен в 1974-1975 годах американским социологом Дэвидом Филлипсом из Калифорнийского университета в Сан-Диего, который исследовал волну подражающих самоубийств, прокатившейся по всей Европе в конце XVIII века и спровоцированных распространением романа Гёте «Страдания юного Вертера».
Также Филлипс и Карстенсен (1986) изучили существование такой взаимосвязи на протяжении 7 лет (1973—1979), взяв данные о 12585 самоубийствах подростков и проследив их связь с телерепортажами о самоубийстве в новостях и статьями первых полос газет. Они обнаружили, что число самоубийств значительно возрастало по прошествии 0-7 дней после такой истории в новостях. Это увеличение коррелировало (r=0,52) с количеством программ, передававших репортаж. Такая корреляция имела значение только для подростков, а не для самоубийств взрослых людей, и была гораздо сильнее для девочек, чем для мальчиков.
Наконец, изучив статистические данные о самоубийствах в Соединенных Штатах Америки с 1947 по 1968 год, Филлипс обнаружил, что в течение двух месяцев после каждой громкой публикации о самоубийстве, в среднем суициды совершало на 58 человек больше, чем обычно.
Филлипс отметил сходство между ситуацией первого, ставшего знаменитым, самоубийцы и ситуациями тех, кто покончил с собой вслед за ним (если самоубийца был в возрасте — возрастали самоубийства среди пожилых людей; если принадлежал к определенному социальному кругу или профессии — то учащались самоубийства в этих сферах), а также сходство между первым и последующими способами сведения счётов с жизнью. Реакция имитации суицида свойственна и неуверенным в себе, привыкшим во многом брать пример с других людей, особенно если их жизненная ситуация напоминает жизненную ситуацию человека, наложившего на себя руки. Отчаявшись, не видя иного решения своей проблемы, они нередко воспринимают известие о чьем-то самоубийстве как своеобразную подсказку, и принимаются копировать действия тех, кто во многом на них похож.
В Австрии, где в 80-е годы XX века чрезвычайно выросло количество самоубийств в метро, в 1987 году Венский Центр Кризисной помощи совместно с сотрудниками Венского метрополитена пошли на своеобразный эксперимент: решили больше не освещать факты «смерти на рельсах» или, по крайней мере, не «раздувать» из них сенсации, уделяя данным происшествиям минимум внимания. Уже через месяц количество самоубийств в метро снизилось почти в 3 раза. С тех пор в австрийской прессе действует запрет на освещение подобных трагических событий.
Взято там.
Копирование – единственный способ усвоения умений (знаний). Индивидуальность, которая есть в каждом ребенке, лишь преломляет, скопированные данные в уникальную форму, придает окраску, но в основе будет лежать копия. Копия с матери и отца. К тому времени, когда ребенок оказывается на «улице», когда у него появляются друзья и «друзья», которые, безусловно, могут оказывать влияния, ребенок уже не является тем чистым листом, которым он когда-то был. Ребенок вступает в круг нового общения, более широкого, чем узкосемейный, уже с целой книгой-учебником под названием «Как надо жить», «Кто Я есть», «Что есть жизнь» и т.д. Эти книги пишутся матерью и отцом (и никем кроме них). Для ребенка только мать и отец – Боги. Ребенок из них соткан, сначала биологически (копирование генофонда), затем психологически (копирование поступков, намерений, внешности, характера).
Принцип копирования, не так примитивен, как может показаться на первый взгляд. Часто родители удивляются «И в кого он (она) выросли!!!???». Дело в том, что ребенок копирует не просто отдельные качества, а всю структуру в целом. Во-первых, копируется и ЯВНОЕ и ТАЙНОЕ. Во-вторых, копирование идет ПРЯМОЕ и ОБРАТНОЕ (в зависимости от того «добрые» или «злые» Боги у ребенка, конечно, в том смысле, как он их воспринимает, а не по абсолютному значению).
...
Подробнее...
У некоторых взрослых он так и продолжает работать большей частью на бессознательном уровне ...
Эффект (синдром) Вертера заключается в высокой корреляции между широким освещением самоубийств в искусстве и средствах массовой информации и уровнем новых самоубийств. Выявлен в 1974-1975 годах американским социологом Дэвидом Филлипсом из Калифорнийского университета в Сан-Диего, который исследовал волну подражающих самоубийств, прокатившейся по всей Европе в конце XVIII века и спровоцированных распространением романа Гёте «Страдания юного Вертера».
Также Филлипс и Карстенсен (1986) изучили существование такой взаимосвязи на протяжении 7 лет (1973—1979), взяв данные о 12585 самоубийствах подростков и проследив их связь с телерепортажами о самоубийстве в новостях и статьями первых полос газет. Они обнаружили, что число самоубийств значительно возрастало по прошествии 0-7 дней после такой истории в новостях. Это увеличение коррелировало (r=0,52) с количеством программ, передававших репортаж. Такая корреляция имела значение только для подростков, а не для самоубийств взрослых людей, и была гораздо сильнее для девочек, чем для мальчиков.
Наконец, изучив статистические данные о самоубийствах в Соединенных Штатах Америки с 1947 по 1968 год, Филлипс обнаружил, что в течение двух месяцев после каждой громкой публикации о самоубийстве, в среднем суициды совершало на 58 человек больше, чем обычно.
Филлипс отметил сходство между ситуацией первого, ставшего знаменитым, самоубийцы и ситуациями тех, кто покончил с собой вслед за ним (если самоубийца был в возрасте — возрастали самоубийства среди пожилых людей; если принадлежал к определенному социальному кругу или профессии — то учащались самоубийства в этих сферах), а также сходство между первым и последующими способами сведения счётов с жизнью. Реакция имитации суицида свойственна и неуверенным в себе, привыкшим во многом брать пример с других людей, особенно если их жизненная ситуация напоминает жизненную ситуацию человека, наложившего на себя руки. Отчаявшись, не видя иного решения своей проблемы, они нередко воспринимают известие о чьем-то самоубийстве как своеобразную подсказку, и принимаются копировать действия тех, кто во многом на них похож.
В Австрии, где в 80-е годы XX века чрезвычайно выросло количество самоубийств в метро, в 1987 году Венский Центр Кризисной помощи совместно с сотрудниками Венского метрополитена пошли на своеобразный эксперимент: решили больше не освещать факты «смерти на рельсах» или, по крайней мере, не «раздувать» из них сенсации, уделяя данным происшествиям минимум внимания. Уже через месяц количество самоубийств в метро снизилось почти в 3 раза. С тех пор в австрийской прессе действует запрет на освещение подобных трагических событий.
Взято там.
